Леонов алкоголь


ЕВГЕНИЙ ЛЕОНОВ не был звездой — звезды холодные и далекие. Он был родным, близким человеком для миллионов людей. Взрослые его обожали за «Полосатый рейс», «Джентльменов удачи», «Белорусский вокзал», «Осенний марафон»… Ну а малыши — за то, что леоновским голосом говорил и до сих пор говорит смешной медвежонок Винни-Пух.

29 января — грустная дата: 10 лет, как замечательного артиста нет с нами. Об отце вспоминает сын Евгения Леонова, актер театра «Ленком» Андрей ЛЕОНОВ.

«Секс-бомба»

— ОТЕЦ часто шутил: «Я просто секс-бомба какая-то. Эротическое кино началось с меня». На самом деле он, по сути, первым появился голым в «Полосатом рейсе», до этого актеры не раздевались. Папа говорил: «Я своей попой на весь Союз засветился. Зад у меня красный такой, очень советский». Ему потом написала письмо одна женщина: «Я привыкла к спортивным телам в кино, а ваше пухлое тело, ужимки и прыжки во мне эмоций не пробуждают никаких. Так что зря вы попу показываете».


Папа часто вспоминал одну историю с тех съемок. Режиссер «Полосатого рейса» сказал отцу: «Мы придумали эпизод. Посадим тебя в клетку и выпустим тигров, они станут на тебя кидаться, будет смешно». Папа сначала пытался отказываться, мол, у него семья, маленький сын, но его уговорили. Сам режиссер залез на мачту, оператор спрятался в железный ящик, выставив лишь камеру. Но тигры, когда их выпустили, подошли к клетке, где сидел отец, понюхали его и ушли. Режиссер орет дрессировщику: «Сделай так, чтобы они кидались на клетку». Тот засунул в клетку к отцу живого поросенка и шепчет: «Поколи его вилкой, а то тигры на него не реагируют». Что творилось, когда тигры учуяли поросенка!!! Просовывали сквозь прутья лапы, оцарапали папу, но, слава богу, не сильно. Свинка от страха совсем сошла с ума, стала бросаться на отца. Папа заорал дрессировщику: «Стреляй, а не то меня заживо сожрут!» Раздался выстрел, и от грохота одна тигрица бросилась в море. Ее еле-еле спасли.

Женька — пьянь

ПОЧЕМУ-ТО в народе считалось, что отец был «пьяницей и дебоширом». Может быть, такое мнение сложилось после «Афони», «Осеннего марафона», где «тостуемый пьет до дна», помните? Как-то таксист вез маму. Говорит: «Вот в этом доме живет Женька. Я с ним вчера пузырек распил». Мама: «Какой Женька?» — «Да Леонов, пьянь. Каждую неделю просит трешку опохмелиться. Я даю, потому что он хороший артист». Может, он и знал отца — папа часто ездил в таксомоторные парки, чинил по блату свою машину, но так, чтобы распивать вместе с таксистами, — это чушь.


Папа немножко стеснялся уж очень повышенного внимания к нему. Его обожали уголовники. Из зоны ему приходили мешки писем, самодельные перочинные ножики в подарок. Ему предлагали даже пистолет, но он отказался.

После «Джентльменов удачи» ему громко кричали вслед: «Доцент! Доцент приехал. Моргала выколю!» Отца это коробило. Было много случаев, когда папу зазывали: «Палыч, давай выпьем». — «Спасибо, нет. Я спешу на концерт». — «А-а, сволочь, загордился». Отец дома говорил: «Хорошо, в морду не дали. Но это — издержки профессии».

Папа был чрезвычайно домашним, хотел большую семью. Я дико ревновал, когда заходила речь о том, что у меня может появиться брат или сестра. Говорил: «Если, не дай бог, кто-то другой здесь появится, я уйду в другую семью». Но потом маме сделали тяжелейшую операцию на почках, и разговора о втором ребенке уже не заходило.

Он обожал застолья, ему нравилось, когда дом полон. Всегда говорил: «Надо, чтобы холодильник постоянно был забит чем-то вкусненьким». Мама его ругала: «Зачем ты накупил столько продуктов?! Все испортится». — «Ничего, гости съедят».


Отец обожал базары. Иногда там его, конечно, обсчитывали и обвешивали, но он — широкая натура — всегда делал вид, что не замечает этого. Из всех поездок отец возвращался, обвешанный сумками и авоськами. Как бы ни был он высоко в профессии, актер Леонов полжизни потратил, бродя по магазинам и заводя дружбу с директорами, чтобы достать продукты, вещи, мебель. Я сидел в машине, ждал его по часу, по два, пока он вернется, и злился, что он так долго не идет. Когда папа возвращался, я его отчитывал, и мы ехали в следующий магазин… Круиз был такой.

Смерть напророчили

В 1988 ГОДУ отец был с «Ленкомом» на театральном фестивале в Гамбурге. Ему стало плохо, трудно сказать, от чего именно — у него было много болячек: сердце, сахарный диабет, плохие сосуды… Его повезли в больницу, и прямо в приемной, ожидая рентгеновского снимка, он скончался. Обширный инфаркт. Это была клиническая смерть. Слава богу, дело было в Германии, у нас бы он умер. Немецкие врачи сделали чудо и вернули его к жизни. Папу подключили к аппаратуре, сердце снова забилось. 19 суток отец лежал в коме. Мне врачи сказали сидеть и разговаривать с папой. Потом врач сказал, что единственный шанс спасти отца — это сделать аортокоронарное шунтирование. Операция длилась пять часов. Из ноги вырезали пять вен и пришили около сердца.


Наши министерство и правительство слали папе телеграммы с пожеланиями выздоровления. И в то же время маму долго мурыжили, прежде чем выпустить в Германию к отцу. Когда отец выздоравливал, мы с мамой жили на его суточные, но потом они закончились, и мы из гостиницы съехали. Слава богу, нашелся один добрый человек, российский летчик, служивший тогда в Гамбурге. Он сказал: «Вот вам ключи от моей квартиры. Там есть картошка, крупа, живите, сколько надо». Низкий поклон всем, кто помогал нам.

У папы была депрессия после болезни. Но уже через четыре месяца отец сыграл Тевье-молочника в «Поминальной молитве»: он просто не мог без работы…

Когда отец был на гастролях в Риге, одна женщина подошла к нему и сказала: «Я врач по профессии. После такой операции, какая у вас была на сердце, лет пять живут, не больше». Может быть, и есть такая статистика, но не нужно было об этом больному говорить… Тем более впечатлительному человеку. Папа сильно переживал после этих слов, они запали ему в душу. Он потом говорил: «Вот она мне пять лет-то и напророчила». Через пять лет он умер…

Это случилось 29 января 1994 года. В тот день я заехал за мамой, мы собирались на рынок. Отец в такое время уже вставал, но тут он лежал и только попросил: «Купите мне чего-нибудь вкусненького». После рынка я отвез маму домой и уехал. Мама рассказывала потом, что папа был очень сердитым, отказался от завтрака, жаловался, что не может взять себя в руки… Вечером он начал собираться в театр, в тот день должна была идти «Поминальная молитва». Взял брюки (его театральный костюм был дома), вдруг упал и моментально умер.


Нам потом рассказали, что ни один из зрителей, узнав о смерти любимого актера Евгения Леонова, не сдал билета. Люди принесли из ближайшего храма свечи и так и стояли молча с зажженными свечами около театра все время, пока должен был идти спектакль…

Источник: aif.ru

Приблизительно так выразился однажды народный русский кумир.НО сегодня, кажется, нация- протрезвела? КАйф в веке потребительства один-  деньги.НЕ осталось- ни талантов, ни умов… Похоже…И ещё- лирическое отступленье.


Почему-то  культивируются руссконенавистнические штампы. Типа-французы- исключительно- галантны и куртуазны, англичане- сухи и чопорны, немцы- чрезвычайно жадные, а русские-пьяницы. ( Не беру евреев- не антисемит)


Но недавно( русские уже не пьют) зашёл в поезд-Хельсинки-Москва. Фины- в повалку.Нет- не пьяницы- душевные люди?Леонов алкогольЛеонов алкогольЛеонов алкоголь

ОДА ПЬЯНСТВУ!!!

Эти строки- не защита пьянства,-Прославленье водки, пива, вин!


Пьянство- и спасенье от пространства,И протест, и искупленье вин.

Если бы , простите,  Пушкин не пил Пунши, а ещё » Мадам Клико»,

Он поэтом, Пушкиным бы не был,Не взлетал, как гений, высоко.

И Есенин обнимал берёзку, Будучи, конечно,- подшофе,

И Твардовский » жрал» не понарошку, Пил Светлов, хоть пятый пункт в графе.


И Великий мхатовец Ефремов Не по роли уходил » в запой».

Был Высоцкий- не любитель джемов,Водку не занюхивал …крупой…

Пьянство- в нём есть что-то от шаманства:рюмка- не с напёрсток, штоф и рог…


Жизнь скучна без кайфа- то есть пьянства, Пьянство, как и бедность,-не порок.

Пьют в России, в Лондоне и в Берне, В Гамбурге- от радости и бед.

Дома или в Западной таверне,Там где счастье- и где счастья нет.

Потому что- жизнь многообразна!

В ней любовь и счастье, свет и мрак.

Пьянством в том числе она прекрасна!

Трезвенник, по-моему, дурак…

Вот так написал- а что?

Мнение Суждение

Источник: maxpark.com

Что значит вредно пить? Чушь! В журнале «Здоровая жизнь» за 67-й год один доцент — фамилию забыл — так и пишет: напивайтесь, полезно! Ну, коньяк — вообще полезная вещь. Что говорить, он и от простуды, от ревматизма, сосуды расширяет, сужает любые. Коньяк — всегда полезен. Но дорогой! Потому и дорогой, что очень полезный. Ну, а у кого сердце больное, тому коньяк и не надо. Водку с перцем! Но только надо всё это помешать поровну. Туда — чуть-чуть крепленого, две рюмки. Не больше! Лучше три. Ну можно и четыре. Всё это перемешать… Как дашь! Очнулся и… Не найдешь, где сердце! Вот пусть кто хочет ищет — не найдет. Да это в журнале было, в «Науке и быте» или еще в каком, ну, не помню. Профессор один — себя вылечил, детей подлечил — всё этим: перец, водка, сухое, крепленое. Там и таблица есть. Я не помню, в каком журнале. За прошлый год. Так подшивку можно взять! Только, пишут, беременным женщинам нехорошо, нельзя. А без перца можно, состав тот же. В журнале «Вокруг мира» один профессор, значит, пишет: суставам смазку дает сто пятьдесят зубровки, две сотни мицного, двести пятьдесят алиготе, три семерки, триста «Солнцедара» — и ацетон, но только капельку, чуть-чуть так, для запаху. Забываешь, где суставы. А вот желудочно-гастетикам надо осторожней быть, им ну нельзя этого ничего: ни алиготе, ни марочных — для них гибельно. А спасает — спирт с хреном. Но потом — два часа ничего не есть. Только пивом запивать — и терпеть. Профессор один пишет: только этим себя и поднял. А вот академик один, после инфаркта месяц лежал — пластом лежал. Начали спиртом отпаивать — через день встал, бегает. Случай-то описан был: на Кавказе было, в горах он лежал, ну как лежал — как безнадежный. После трех стаканОв сам с горы сбежал, внизу его родные все ждали, внуки там, ну жена, ну все-все-все. Шутка ли! Покойником был, но хорошо, кто-то догадался самогону влить. Бегает академик-то, сейчас вон — кандидатскую защищает. Это же знать надо знать всё, надо знать что против чего. Ну к примеру, брага. Она ведь хорошо почки прочищает. Сивуха — дает печени прострел. Навсегда. Насквозь. А на мозг, пожалуйста, хорошо действует древесный вар. Но спиртовый. Правда, надо подогревать. Ведь когда о здоровье все время-то думаешь, ведь знаешь, что против чего.

Источник: www.ProZdor.ru


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.